Комната была продана, товар закуплен, и Петрович начал пиздячить бусы. Жил и работал он на арендованном складе, за пределами МКАДа. Пиздячил сам, потому что нанять демонтажников подстилок и бусоплетчиков денег уже не осталось. Через пол года каторжного труда Петрович переработал почти весь материал.

Теперь он был обладателем невъебенного количества бус импортного производства. Мечты o скором богатстве, красивых женщинах, и дорогих автомобилях не давали Петровичу спокойно спать по ночам. Наконец, c приходом весны, похудевший и осунувшийся, но с горящими нездоровым блеском глазами, он привёз несколько баулов с пилотным товаром на один из рынков, в ожидании бурного ажиотажа. Где и потерпел унизительное фиаско.

Несмотря на жестокий дефицит тех лет, и низкую цену, неприветливые и зажравшиеся москвичи, наотрез отказывались покупать гламурные бусы Петровича. Даже импортное происхождение товара, и его ручная сборка не производили впечатления на этих наглых крохоборов. Петрович панически тосковал на рынке, и продал за пол дня, лишь две вязанки бус по супер низкой цене, и что самое унизительное, под видом четок. В середине дня скуку разогнали двое мордоворотов в кожаных куртках. Они сильно побили Петровича, и отобрали его скудную выручку. Пока Петрович приходил в себя, они вернулись, и зачем-то конфисковали бусы.

В дальнейшем, упорный бизнесмен продолжал свои вылазки на рынки, где нарывался на полное непонимание обывателей, и на постоянные побои. Наконец, в конце лета, усилия его в какой то степени, увенчались успехом. На него вышел оптовый покупатель. Когда Петрович спросил у оптовика, зачем ему столько бус, тот ответил, что собирается вязать из них подстилки для автомобильных сидений. Петрович не мог перенести такого унижения и непонимания со стороны населения в целом, и оптовика в частности. Oн решил покончить с собой. Денег на яд, и даже на паленую водку у предпринимателя не было, но желание убить себя становилось все сильнее. Тогда Петрович решил отравиться шариками.

С вечера и до утра, закрывшись на складе, в течение двух суток, Петрович планомерно глотал шарики, заедал их натуральной пенькой, и запивал, заранее припасенной колодезной водой. На третий день, запаниковавший оптовик, в сопровождении опера и понятых, вскрыли склад, и обнаружили внутри Петровича в бессознательном состоянии.

Жизнь Петровича спасли, но еще долгое время oн срался разноцветными деревянными шариками, и обрывками львовской пеньки. И каждая высранная, и выстраданная бусина, ознаменовывала очередную веху в его непростой жизни. В конце концов, он высрал этого добра на десятиметровую вязанку экологически чистых бус. Последнюю бусину, oн торжественно отстрелил, уже будучи финансовым директором Урюпинского филиала компании «Де Бирз». Все-таки тяга к побрякушкам взяла свое. Теперь эти бусы занимают почетное место на его директорском столе из натурального дуба, в специально изготовленном ларце из богемского стекла. Впрочем, это уже совсем другая история…